Должны, но не обязаны: план Германии по развитию ЕС выводит за скобки проблемы Украины и Турции
Зигмар Габриэль привел не самый удачный пример, сравнив отношения Евросоюза с Великобританией после Brexit с взаимодействием с Турцией и Украиной, считает ведущий научный сотрудник Центра германских исследований Института Европы РАН Александр Камкин.
Перспективы вступления Украины и Турции в ЕС
Украина и Турция с ближайшее время не войдут в Евросоюз. Как заявил министр иностранных дел Германии Зигмар Габриэль, на данный момент он не может представить ни одну из этих стран в качестве члена ЕС. На Украине же наоборот намерены в скором времени провести некий референдум о вступлении в ЕС и НАТО, тем самым рассчитывая на ускоренное попадание в состав объединенной Европы.
«Ситуации Украины и Турции отчасти схожи. Оба государств являются достаточно крупными по размеру и численности населения, что уже делает проблемным их интеграцию в ЕС в контексте единого рынка труда. Если та же Турция вступит в ЕС, как минимум 15 млн турков сразу двинутся штурмовать офисы европейских работодателей на равных основаниях с жителями других стран ЕС. Такого удара европейские профсоюзы просто не выдержат, а рынок труда ждет серьезная турбулентность.
Если говорить про перспективы Украины, то даже Порошенко здесь понимает, что в ближайшие 10-15 лет никакое членство в Евросоюзе стране не светит. Какие-то бумажки, например соглашение о евроинтеграции или упрощение визового режима, конечно, могут быть подписаны, но кардинально они ничего не меняют», — комментирует ФБА «Экономика сегодня» эксперт.
Особое внимание Камкин обращает внимание на экономику Украины и Турции. Украинская экономика сейчас все больше сваливается в пропасть, самому ЕС принимать такую проблемную страну не имеет никакого смысла. Турция же в отличии от Украины вполне самодостаточная стран в плане экономики, поэтому местное правительство вряд ли с ходу согласится перестраиваться на моноукладную экономику ЕС.
Неудачный пример Габриэля
Но Габриэль хотя и отказывает Киеву и Анкаре во вступлении в Евросоюзе в ближайшие годы, все же предлагает разработать определенную модель взаимодействия с Киевом и Анкарой. Он сравнивает ее с той, по которой будут взаимодействовать Брюссель и Лондон после Brexit.
«Габриэль привел не самый удачный пример, сравнив отношения Евросоюза с Великобританией после Brexit с взаимодействием с Турцией и Украиной. Ставить на одну доску Великобританию с ее вынужденно особым режимом взаимоотношения с ЕС и ту же Украину, по крайней мере, некорректно. Здесь совершено разный масштаб экономики и взаимной интеграции. В ближайшее десятилетие выстроить взаимодействие с Украиной и Турцией, хотя бы отчасти напоминающее отношения с Великобританией, у Брюсселя и Берлина не получится.
Своим заявлением Габриэль с одной стороны пытается успокоить политический класс в Турции и на Украине, дав луч надежды оппозиционным силам, а с другой стороны его реплика представляет собой жест успокоения для внутриевропейского электората. Все-таки Brexit оказался очень серьезным вызовом для политического класса и экономики Европы, и желание Лондона отгородиться от внутриевропейских проблем, в том числе от Украины и Турции, имеет вполне прозрачные мотивы», — резюмирует Александр Камкин.